Накануне 20-летия Белорусского независимого профсоюза его председатель глава Николай Зимин рассказал «Салідарнасці» о БНП, а также готовы ли в экономический кризис шахтеры выйти на забастовку и почему профсоюз не должен выступать в роли Деда Мороза.

- Низкая зарплата на фоне роста цен и пустых прилавков. В это же время создавались аналогичные профсоюзы в России, Украине, Казахстане. Помню, как к нам в Солигорск приезжали шахтеры из Донбасса, Донецка, Воркуты, делились опытом профсоюзного движения. И когда случилась в 1990-м первая забастовка работников низких лав, ребята были подготовлены. Они выдвигали четкие требования: о повышении зарплат, пенсий.

- Можете назвать самые большие достижения БНП за эти годы?

- Мы защищаем интересы работников в трудовой сфере. С нашим участием заключаются коллективные договоры с нанимателями. Хорошо или плохо получается – судить людям.

Добились выплаты за выслугу лет для работников. Люди получают выходное пособие в размере десяти средних зарплат. Члены нашего профсоюза чувствуют себя защищенными.

К сожалению, в последние годы люди вступают в профсоюз исключительно на волне конфликтов с нанимателем. Столкнувшись с проблемой лицом к лицу, человек осознает, что он перед нанимателем никто, а профсоюз может оказать юридическую помощь, представить интересы работника.

- А что потом происходит: после того, как вы им помогли? Люди покидают профсоюз?

- Иногда бывает и так. Не секрет, что все работники предприятий ходят под идеологами.

На «Гродно-Азоте» было 1100 членов профсоюза -- осталось около 100 , на «Нафтане» из 1200 человек теперь 340. Приток людей в БНП был полностью задавлен в отделах кадров. Приходит человек устраиваться на работу, перед ним кладут два образца заявлений – о приеме на работу и вступлении в лояльный власти профсоюз.

Еще яркий пример. Когда создавалось дочернее предприятие трикотажной фабрики «Купалинка», »Дельта-Стиль» швеи решили вступить в наш профсоюз. Четырежды райисполком отказывался зарегистрировать первичку. Чтобы добиться выплаты взносов через бухгалтерию, пришлось пройти несколько судов. Представляете, пять десятков истцов приходили в суд! Такого в истории Солигорска еще не было.

Суд удовлетворил требования истцов, а буквально через месяц прокурор области опротестовал это решение. Вскоре предприятие ликвидировали. Мы предполагаем, что это произошло потому, что там организовалась первичная организация независимого профсоюза.

Очевидно, членство работников в нашем профсоюзе невыгодно системе. Ведь наша организация объединяет людей, беззащитных перед властью поодиночке.

- Николай Васильевич, как вы считаете, чего не смогли сделать лидеры независимого профсоюза за 20 лет?

- Мы не ожидали, что в Беларуси введут контрактную систему. Лично я не понимал, почему люди на это согласились. Это же удавка! Народ купился на прибавку к зарплате, дополнительные дни к отпуску. Он добровольно пошел в рабство.

- В постсоветской ментальности профсоюз исполняет функцию Деда Мороза на Новый год. Сложился такой образ профсоюзного лидера – Шурочка, которая бегает и собирает деньги на похороны Бубликова.

- В СССР профсоюз выполнял функцию социального отдела. Это было выгодно политическому режиму. Нынешняя власть использует прошлый опыт. Профсоюзы в их понимании - институт воздействия на людей труда, которым они стремятся управлять.

Мы же руководствуемся другими критериями: дайте человеку заработать, обеспечьте ему безопасные условия труда. Он сам купит конфеты детям на Новый год и путевку в санаторий.

- Скажите, а вы подали бы руку главе Федерации профсоюзов Беларуси Леониду Козику?

- Не подал бы, потому что с ним невозможно договориться. Он мне не коллега. У ФПБ другие интересы. Если в рядах Федерации до сих пор состоят наниматели, как ФПБ может защищать права рабочего человека?

- Как, по-вашему, могли бы шахтеры выйти на забастовку сейчас, в разгар экономического кризиса?

- Меня часто об этом спрашивают. Я так вам скажу: если у шахтеров появится желание выйти и заявить о своих требованиях, мы будем с ними, потому что это наша работа. Для этого и создавался наш профсоюз. Но подстрекать людей к забастовке мы не будем…

- Вы считаете, в обозримом будущем возможен сценарий забастовки, как в 1991 году?

- Все возможно. Вот в Борисове недавно коммунальники вышли на забастовку. Люди доведены до отчаяния, живут в нищете. Им нечего терять. Если создаются условия, невыносимые для людей, они молчать не будут.

Справка

Белорусский независимый профсоюз был создан в 1991 году. Тогда он объединял работников «Беларуськалия» и назывался Независимый профсоюз горняков Беларуси. Первым председателем был избран Иван Юргевич.

В марте – апреле 1992 года работники ПО «Беларуськалий» во главе с Независимым профсоюзом горняков Беларуси остановили работу предприятия и вышли на площадь города с требованием повысить зарплату шахтерам. В Солигорске был сформирован стачечный комитет. Вывоз калийных удобрений за пределы города был прекращен.

Забастовка шахтеров продолжалась 44 дня. Несколько горняков объявили голодовку, десятки активистов направились пешком из Солигорска в Минск, где собрались рабочие со всей Беларуси, которые требовали отставки правительства, досрочных выборов в Верховный Совет. Правительство было вынуждено идти на уступки. Экономические требования горняков выполнили: им подняли зарплату в 3,4 раза.

В 1993 году Независимый профсоюз горняков Беларуси переименован в Белорусский Независимый профсоюз горняков, химиков, нефтепереработчиков, энергетиков, транспортников, строителей и других работников (БНП).

За двадцать лет работы в БНП избирались четыре председателя: Иван Юргевич, Виктор Бабаед, Василий Коробов и Николай Зимин.

В октябре 1996-го активисты БНП решили повторить поход на Минск 1992 года. Профсоюзных лидеров задержали при выходе из города. По пути следования колонны участников задерживали сотрудники правоохранительных органов. В результате до столицы дошёл лишь один из участников колонны.

В ноябре 1998 года Независимый профсоюз горняков организовал третий поход на Минск – «За шахтёрской пенсией». По пути следования активистов профсоюза задерживали сотрудники милиции. Когда горняки дошли до Минска, их окружили бойцы ОМОНа и задержали повторно. Результатом похода стало повышение в два раза пенсий для шахтеров, которые работали в забое.

Ныне БНП насчитывает 6 400 человек. Это работники ОАО «Беларуськалий», «Мозырский НПЗ», «Белшина», «Гродно-Азот», «Нафтан»